Узнал ещё днём, но до блога добрался только сейчас… Умер Михайлов.

Этот человек был очень значим для меня. С момента нашего знакомства в 1987 году (а я до того уже прочитал “Сторож брату моему” и “Дверь с той стороны”) он произвёл впечатление какой-то не очень-то писательской жёсткости. Север Гансовский был мягок и деликатен, Александр Мирер - внимателен и точен в суждениях, Кир Булычёв - ну, Игорь Всеволодович был изумительно похож на свои книги…

Владимир Дмитриевич Михайлов был как удобно заякоренный крейсер. Он никуда не спешил, перед тем, как ответить на вопрос, он давал себе время на несколько затяжек (курил он всегда трубку), а потом отвечал - никогда не стараясь упрощать, потому что, как мне всегда казалось, не хотел унизить собеседника этим упрощением. Он был идеальным руководителем семинара: задавал авторам очень сложные и часто неприятные вопросы, находил уязвимые места текста - но никогда в них не бил. Это было сродни изяществу опытного фехтовальщика, который во время поединка способен указать партнёру шпагой на брешь в защите, не раня его.

Зато в книгах он был почти безжалостен. Его персонажам часто доставались самые сложные и тяжелые вопросы, самые немыслимые испытания. Величие духа героев его книг было не в том, что им удавалось решить мучивший автора и читателя вопрос, а в том, что они продолжали его решать, даже осознав, что вопрос неразрешим… Его философская фантастика неспешна и задумчива, рискованна и бесстрашна. Его лирика изящна и чувственна.

И ещё: его книгам нужен был особенный читатель. К сожалению, совсем не похожий на нынешнего типичного потребителя фантастики. Читатель, который фантастический роман способен воспринимать как материал для собственной духовной работы. Не думаю, что таких теперь стало меньше, чем,  скажем, в 80-е. Просто они сейчас гораздо более одиноки.

Вечная память.

Tags: in memoriam

“…Почему мы не купили Lehman Brothers? Не сообразили — больше нипочему. Сделать это было можно.

Во-первых, деньги были. Вот, далеко не ходить: только что Греф признался, что Сбербанк вышел из акций чуть не на пике — стало быть, денег там, как у дурака махорки; а если бы малость чего и не хватило, ЦБ бы одолжил. Да и не пришлось бы: за последнюю перед банкротством неделю капитализация Lehman сократилась с одиннадцати миллиардов до двух с половиной — Сбербанк сам бы справился. Во-вторых, случай был. Конечно, не такого покупателя искали для старейшего американского инвестбанка: хотели кого-нибудь полощёнее — из своих. Но когда и Bank of America, и Barclays, и кто там ещё отскочили; когда весь финансовый мир знал: на Уолл-стрит пробка от съехавшихся чёрных лимузинов — всех созвали покупать Lehman Brothers, а никто не берёт, — вот тогда самое время было нам выскочить и предложить двойную и даже тройную (против текущей, грошовой!) цену…”

Отсюда: http://www.expert.ru/columns/2008/09/29/raznoe/

При всей анекдотичности предложения, сама возможность сопоставления ресурсов Сбербанка и Lehman Brothers меня восхитила. И крик на тему “опять просрали полимеры!” так и рвётся из утопшей в утопиях души.

Tags: Политика, Ссылки