Записки дюзометриста - Февраль, 20, 2006

После пересмотра фильма на DVD появилась пара важных добавок к уже сказанному.

Лукас в 1999 году начал строить совершенно новую киноконцепцию. Подобно тому, как он в старой трилогии заменил рациональную основу научной фантастики мифологемами (и получилась, в общем, вполне заметная и вполне успешная революция), в новой трилогии он решил опробовать новый, видимо, метод: основной смысл фильма подавался зрителю чисто импрессионистски, через картинку - всегда безумно красивую и часто символическую. У каждого рассвета и каждого заката в новой трилогии есть символическое обоснование, каждый планетарный пейзаж имеет собственное значение, каждый костюм принципиален, каждая космическая раса внешним видом говорит о себе зрителю больше, чем репликами. Мизансцены иногда символичны просто до неприличия (Палпатин на фоне темной стены, еще не скурвившийся Анакин рядом с ним поначалу на фоне светлого окна, однако тут же переходит ближе к Палпатину, во Тьму).

В полной аналогии с импрессионизмом в живописи, содержательная часть и логика становятся вторичными по отношению к эмоциональному впечатлению. Например, поступки героев и произносимые ими реплики, вполне соответствующие эстетизированной среде фильма (и мотивированные только ею), выглядят временами полнейшей ахинеей; в эту же корзину падает необъяснимая всесюжетная слепота мудрых джедаев, которые до последнего момента не способны разобраться в интригах Палпатина... Все это вполне объяснимо: мир "Звездных войн" строился не как рациональный, а как поэтически-визуальный, но сообщить об этом зрителю не сочли нужным. Рифмованная речь персонажей в реалистическом романе смотрелась бы в общем случае неогранично - в реальности так, само собой, люди не говорят, для нормального восприятия поэтической речи требуется настройка читателя на иной уровень условности. Лукас с такой настройкой определенно не справился.

Аналогия, мне кажется, очень близкая. И эксперимент вполне мог бы оказаться удачным, если бы...

Если бы Джордж Лукас был последователен.

Он, увы, оказался скован своими прежде успешными наработками, желанием как можно крепче связать обе трилогии друг с другом, а также (самое главное) стереотипными приемами блокбастеров. Если в старой трилогии война строилась с ассоциациями на хронику времен Второй мировой, то и в "Мести Ситхов" орудия крейсера стреляют с могучей отдачей и выплевывают звенящие гильзы без всякой на то необходимости. Если зрителям старой трилогии нравился Чубакка, то и в новой трилогии он тоже появится - хотя никакого сюжетного обоснования для его присутствия в кадре нет. Кроме того, целый ряд боевых эпизодов, погонь и приколов висят в сюжете сами по себе, просто потому, что с ними веселее.

Все это создало почву для художественного компромисса, который оказался для Лукаса, видимо, непреодолимым: ибо результат его усилий не удовлетворяет ни рациональному подходу, ни эмоционально-символическому. Середина получилась далеко не золотой.

Между тем, уже есть фильмы, снятые с совершенно тем же имперессионистским подходом и с куда большей художественной определенностью: например, "Герой" Чжана Имоу и, какая неожиданность, "Убить Билла" Тарантино. И тот, и другой фильмы без сожалений расстались с рационализмом и ушли в чистый и незамутненный символизм, мощно подкрепленный визуальным рядом (особенно органичным в "Герое") - и их бескомпромиссность оказалась куда более цельной, чем громобюджетная кинопоэма Лукаса, которую погубили неспособность придерживаться избранного художественного метода и слишком явное стремление понравиться фэнам первой трилогии.

Tags: отзыв, фильм

Реклама

Реклама